Александр КАЧАЛОВ
Фото Сергея ШАПРАНА

 

- Олег, перед этой встречей я поднимал архивы на вас и со страхом обнаружил, что группе, оказывается, в следующем году исполняется 20 лет.

- Ты с какого года считаешь?

- С 1978-го.

- Дело в том, что я не знаю, как считать. Официально год нашего вступления в рок-клуб - 83-й. Была, правда, группа ФАЭТОН. В ней играли Леня Федоров, Дима Озерский и Витя Бондарик. Они вместе начали, может, даже и раньше - не в 78-м, а в 76-м, это нужно у них узнавать. А потом уже, ближе к 1983 году, появилась возможность вступить в рок-клуб. Нам это посоветовали музыканты группы АКВАРИУМ, и мы вступили как раз в 83-м. Так что, если официально считать, нам никак не 20 лет. В следующем году будет 15.

- Так или иначе, все равно юбилей. Как собирается группа его отмечать?

- У нас такие ребята в группе, что они не любят всех этих помпезных акций и юбилеев. Когда нам было 10 лет, не было никаких этаких памятных концертов, а вот позже, спустя несколько месяцев или даже полгода, устроили концерт 850-летия или 750-летия группы АУКЦЫОН. Так смешно написали, но только не десятилетие. Ну не любят наши ребята вот этого. Они занимаются музыкой очень давно, а я в группу пришел году, наверное, в 80-м. Тогда я познакомился с Леней Федоровым, и первая песня АУКЦЫОНА, которую никто практически не слышал, написана на мои слова. И первая программа состояла тоже практически из песен, которые написаны на мои слова. Были, правда, еще и стихи некоторых других авторов - профессиональных поэтов.

- Олег, где из еще не посещенных вами стран вы хотели бы выступить?

- Везде. Это очень интересно - посещать страны. Я вот с нетерпением ждал поездки в Израиль. И опять же все у нас не как у людей. О том, что мы поедем в Израиль, было известно за два месяца. Наш директор должен был сделать визы, он этого не сделал. Мы приехали в Москву, там находится посольство, нам опять их не сделали. Мы поехали в аэропорт, там просидели весь день - опять ничего не получилось. На второй день нам прислали из Израиля какой-то факс, с печатью, что нас можно выпустить, и вот на второй день мы улетели.

- В Израиле встреч неожиданных не было?

- Была, с "Лицедеями", моими старыми друзьями, и очень смешная. Они там выступали, а к нам пришли в день концерта, перед своим отъездом, в Голландию, по-моему. Мы жили в пригороде Тель-Авива, и гостиницы наши, оказывается, стояли рядом, но мы почему-то не встретились, к сожалению. Но ничего страшного, потому что с "Лицедеями" мы иногда встречаемся в Германии, во Франции...

- Вы были в Штатах?

- Были. Мне не то чтоб понравилась сама Америка - эти штыри стоят, хорошо так, красиво. Там очень хорошая публика. Может, мне так кажется потому, что я привык к эмигрантской публике в Германии, в других странах. Но вот американские слушатели так, видимо, далеко находятся, что они так выражают свои чувства, ну так по-доброму - глаза блестят, слезы льются, цветы дарят. К нам прилетели из Нью-Йорка, Лос-Анджелеса и Сан-Франциско, это семь-восемь часов лету. Целая группа, двадцать пять - тридцать поклонников. Очень хорошие люди, очень хорошие.

- Кроме того, что вы играете в группе АУКЦЫОН, вы еще работаете в одном питерском магазине.

- Да, меня пригласили работать в музыкальный магазин. Он вырос на месте "Сайгона". До этого там был магазин итальянской сантехники, там продавали унитазы, всякие другие вещи. И, естественно, люди, которые видели это все, выражали свое негодование, но не более того. И потом каким-то необычным образом этот магазин куда-то исчез. Я всегда говорил, что в "Сайгоне" существует какая-то аура, что-то такое непонятное, святое. Неожиданно появился магазин, неожиданно исчез. И через некоторое время после того, как там появился музыкальный магазин, меня пригласили в него в качестве консультанта - приводить музыкантов, делать какие-то презентации, многое другое, и я до сих пор это делаю с большим удовольствием. Там Гребенщиков делал презентацию своей книжки, КОЛИБРИ - своего альбома "Бес сахара", группа НОМ, кто-то еще... Там висят картины Мити Шагина. Это по моей инициативе они были повешены, магазин купил у него эти картины. Картины о том времени "сайгоновском". Там написано "Поэты 60-х", "Хиппи 70-х", "Звезды 80-х". На "Звездах 80-х" нарисован Витя Цой, Гришка Сологуб, я и Гребенщиков. В манере Мити Шагина. Может, сразу нельзя так заприметить, что это такое, но человек догадается. Магазин торгует различной продукцией - кассеты, компакты и видео. Хотелось бы сделать его поинтересней, но здание все равно в скорости пойдет на ремонт. Там будет гостиница и кафе, которое наверняка будет называться "Сайгон". Поначалу у этого магазина было название "Три желания", такое вот непонятное. Впоследствии я и мои друзья уговорили директоров магазина сменить название на более благозвучное, на то, которое должно быть.

- Ваш любимый альбом АУКЦЫОНА?

- "Птица".

- Почему?

- Хм. Вопрос простой, но ответ может быть... Не знаю. Это простой альбом такой, хороший, светлый альбом. Без всяких наворотов, просто хороший, мелодичный... Ну вот нравится и все.

- А есть ли альбомы, которые не стоило записывать?

- Ну как я могу такое сказать: стоило - не стоило... Все альбомы стоило записывать, просто они все разные. И во многие нужно врубиться. Я вот, откровенно говоря, альбом "Жилец вершин" слушал нормально два раза. Пока я не могу врубиться. Но дело в том, что я на нем не записывался. Была попытка записаться, но что-то не понравилось Лене Федорову и, по-моему, Хвостенко, и меня исключили. Но ничего страшного, я не переживал особо. Ну уж очень, для меня по крайней мере, сложный альбом. Не знаю, как для других, но он в то же время очень интересный.

- Можно ли еще немного о вашем сотрудничестве с Хвостенко? Уж очень, как мне кажется, вы разные.

- Может, по возрастным понятиям мы и разные. Может, и по жизни разные. Мы вообще познакомились случайно. Это был 1989 год, мы были во Франции, он пригласил нас к себе в сквот, где у него была мастерская. Там и созрела мысль записать альбом "Чайник вина". А совсем недавно появилась кассета "Парижские концерты", так вот она как раз и была записана при этой же встрече; кто-то включил магнитофон, кто-то поставил кассету... Через некоторое время после этого он приехал в Питер, впервые лет примерно за 15, и мы записали "Чайник вина", а потом уже у Хвоста возникла идея записать альбом "Жилец вершин".

- Какова ваша оценка питерского фестиваля, который делает Шевчук, как явления? Насчет него существуют противоречивые мнения.

- Да, я тоже слышал очень многие мнения относительно того, что он делает. Допустим, есть мнение, что он записывает группы, группы затем попадают в кабалу и так далее. Я не знаю всех этих моментов и не могу сказать, что это такое. Но в то же время он мог бы спокойно, как сейчас модно говорить, "работать" концерты, получать себе спокойно денежку и в ус не дуть. А он делает фестиваль и делает это наверняка с открытым сердцем, поскольку ни о каких деньгах здесь речи идти не может. Я точно знаю, что бывают моменты, когда они "пролетают" и еще остаются должны кому-то, ищут спонсоров. Кстати, на второй фестиваль спонсоры вообще не откликнулись. Так что то, что он делает, это нормально. В наше время у нас был рок-клуб и была возможность выступить, да и то с натяжечкой. То есть, чтобы выступить, нужно было кожу с себя рвать, что-то доказывать. Почему, может быть, у нас все так хорошо сложилось - у нас была большая идея победить. Вот как красиво сказал... Тогда было очень много групп интересных, но, как бы это сказать, не модных. В то время все играли старый рок-н-ролл, какую-то музыку, старую и не новую, что ли. А вот году в 83-м был прорыв, когда появились такие группы, как СТРАННЫЕ ИГРЫ, ТЕЛЕВИЗОР, КИНО и еще много всяческих групп, более интересных. И волна эта была очень сильной: если считать с 83-го и год по 87-й, 88-й, в питерском рок-н-ролле было очень много сильных групп.

- Но Шевчук попытался как бы искусственно вызвать эту волну сейчас...

- Он просто дал возможность группам выступить спокойно, не тратя на это ни нервов, ни денег. Выступить перед большой аудиторией - это первое. Второе, все это записывается на видео, на аудио... Кому-то эта группа, допустим, понравится. Ведь у многих из этих групп есть поклонники: у КОРОЛЯ И ШУТА, у СПЛИНА, у ЗИМОВЬЯ ЗВЕРЕЙ, я не знаю, еще какие-то группы есть, наверное... Я знаю, из Беларуси группа выступала, по-моему, ТРОИЦА. Из Минска. Очень, очень интересная группа, и она многим понравилась.

- А АУКЦЫОН имеет какое-то отношение к "Театру ДДТ"?

- Нет, мы сами по себе, "при Театре АУКЦЫОН". У нас ведь все не так, как у людей. У нас нет спонсоров, у нас нет, как считают, нормального менеджера. Есть человек, который занимается нами. Я вот долго об этом думал. Может, это и к лучшему. Потому что, если бы у нас был какой-то сильный дядя, который говорил бы "сделай так, сделай так...", то , может быть, ничего хорошего из этого не вышло бы. Не хотел бы я этого. А так мы сейчас потихоньку чем-то занимаемся, потихонечку ездим...

- А кто у вас занимается вопросами общения с журналистами?

- Да вот как-то так повелось, что я. Меня все любят, меня все знают. Вот Лене Федорову это просто неинтересно. Если у него брать интервью, то ничего кроме мычания не услышишь. Ему бы на кухне с гитаркой посидеть - это да, это ему нравится.

- Олег, вопрос, так сказать, не совсем по теме, и все-таки... Как вы относитесь к тому, что сейчас делает Гребенщиков?

- Знаете, говорить о своем, так сказать, гуру тяжело. Ведь первым таким человеком, который встретился мне на пути, был Гребенщиков. И, естественно, как все люди, которые впервые видят Гребенщикова, встречаются с его творчеством, особенно с ранним, я воспринимал его как святого. Я был жутким поклонником АКВАРИУМА, у меня есть автографы Гребенщикова и т. д... Со временем мы с ним подружились, а потом как-то, уже после того, как появился АУКЦЫОН, он стал потихонечку отходить на задний план. Его новые песни мне не то что не нравятся, я их не понимаю. Может, это со временем приходит. Я вот посмотрел в "Программе А" его концерт - как-то никак, ну никак. Но я всегда говорил, что если человеку нравится заниматься чем-либо, а ему это все-таки нравится, то пусть занимается. Но он очень хитрый - сказал, что рок-н-ролл мертв сто лет назад, и ушел в сторону, а сам поет до сих пор. Я очень жалею, что не попал на юбилейный концерт АКВАРИУМА, поскольку всех "аквариумистов" я знаю. Я бы хотел послушать старые песни, наверное, мне то время ближе. Я возвращаюсь в восьмидесятые годы, когда мы были не то чтоб друзьями, но просто спокойно так общались после собраний рок-клубовских дурацких, когда зачитывали список присутствующих и все поднимали руки: "АКВАРИУМ".- "Здесь!" "АУКЦЫОН". - "Здесь". Потом вместе шли пиво пить. Потом вместе всех вязали, потом в ментовке вместе сидели. Может, эта ностальгическая нотка осталась. А сейчас, конечно, крутяк пошел. Кто-то ездит на Таити, кто-то еще куда-то. Но мы встречаемся, опять же по моей работе. Недавно красили мы забор, "митьков" пригласили, и я Гребенщикову звоню: "Приходи, Боб, забор покрасим". Он: я, мол, не могу, мне еще ребенка отвозить. А я ему: "Но если тебе вдруг понадобится что-то, типа помещения для презентации, то прошу, заходи". То есть у нас нормальные отношения. А в смысле творчества, я уже ушел от того понимания АКВАРИУМА, что ли, а новые группы меня особо не интересуют. Недавно меня пригласили в жюри на фестиваль уличной музыки "Поющий Невский". Я посмотрел, отобрал сколько нужно было исполнителей, но, к сожалению, все на что-то похоже. Ничего такого, что заставило бы сказать "Ох!" "Ах!". Пожалуй, "Ах!" можно сейчас сказать о группе ДВА САМОЛЕТА и ее вокалисте Грише Сологубе. И то я, возможно, так считаю, потому что я Гришу давно знаю, и он для меня всегда был шоуменом номер один. Он сейчас поет в САМОЛЕТАХ, и это очень хорошо.

- А у АУКЦЫОНА был кризис?

- Я даже не знаю. Было что-то, не кризис даже, а затишье какое-то. Может, до "Птицы". А "Птица" всколыхнула очень большой пласт, что ли, "аукцыоновский". Появилась "Птица" - и появилось очень много людей, поклонников АУКЦЫОНА.

- Значит, вы считаете, что сейчас АУКЦЫОН намного популярнее, чем был раньше?

- АУКЦЫОН всегда популярен. Всегда был, есть и будет, как Владимир Ильич Ленин. Дело не в этом. Просто АУКЦЫОН очень странная группа - совершенно разные диски, программы разные. Если брать, допустим, нашу первую программу "Вернись в Сорренто", то она просто безумна по хитам, там ведь одни хиты. А после мы сделали программу "В Багдаде все спокойно" - очень интересно, театрально, декорации новые, костюмы, приглашенные люди, индийские танцовщицы, культуристы, музыка интересная, а вот не покатило почему-то. А потом, через некоторое время, взял да и покатил "Багдад". В общем, все наши альбомы очень разные и интересные - и "Бодун", и "Жопа", и "Предатель", и "Птица" - все.

- Когда можно ожидать следующий альбом АУКЦЫОНА?

- Это к Лене Федорову вопрос прежде всего, потому что он пишет музыку и он создает все песни АУКЦЫОНА. Есть какие-то наметки, тексты. У меня очень много новых стихов. Будем ждать. Я не знаю...


Статья заимствована у http://smirnoff.nncity.ru/smirnoff/

Событие, которое вспоминает Гаркуша, называлось "500-летие АукцЫона" и проходило в питерском инди-клубе (ДК Крупской) - прим. вебмастера.

 © & YS, 1998-2002 | hosted by RiNet | webmaster@auctyonRambler's Top100ru